Принудительное соглашение как военный успех

По мотивам материала Al Jazeera

Похоже, что главная проблема Вашингтона в нынешней войне с Ираном заключается не только в военной эскалации, но и в отсутствии внятной политической развязки. За последние дни риторика Дональда Трампа колебалась между несколькими сценариями: от фактической ставки на обрушение иранской системы до требований «безоговорочной капитуляции», от намеков на сделку до желания повлиять на то, кто именно будет руководить Ираном после войны. Сам Трамп 6 марта публично заявил, что никакой сделки не будет, кроме «UNCONDITIONAL SURRENDER», а уже 10 марта допустил возможность переговоров, если для этого сложатся условия.

На этом фоне все заметнее разрыв между военными целями и политическим результатом. Да, США и Израиль наносят удары по военной инфраструктуре, ракетным возможностям и морским активам Ирана. Но даже масштабное разрушение военного потенциала не дает ответа на главный вопрос: кто и как должен управлять страной после такого давления. И именно здесь американская стратегия выглядит противоречивой.
Особенно показательно, что ставка на внутренний слом системы пока не сработала. После гибели Али Хаменеи власть не рассыпалась, напротив, быстро оформила преемственность вокруг его сына. Его возвышение произошло при решающей роли КСИР, что лишь усилило впечатление: вместо политического вакуума Иран движется к еще более силовой и централизованной модели управления.

Отсюда и главный вывод, который напрашивается из всей этой дискуссии: «смена режима» как политическая цель может обсуждаться, но реализовать ее одними авиаударами практически невозможно. Тем более если внутри страны не возникло явного раскола, а элитный и силовой контур, наоборот, консолидируется под давлением внешней войны.

Поэтому наиболее реалистичным сценарием для США сейчас выглядит не наземная операция и не «экспорт нового руководства», а попытка навязать Ирану принудительное соглашение: объявить военный успех, зафиксировать ослабление Тегерана и перевести конфликт в формат торга. Однако проблема в том, что чем дольше продолжаются удары, тем меньше пространства остается для такой формулы и тем выше риск, что война начнет жить собственной логикой, уже без четкого и достижимого политического финала.

🔜 @openworld_astana