«Южный Туркестан»: сепаратизм или сигнал?
В афганском информационном пространстве в последнее время активизируется дискуссия вокруг «концепции» «Южного Туркестана» — исторического названия северных регионов страны, населенных преимущественно узбеками и туркменами.
Обсуждение ведется как в социальных сетях, так и на страницах афганских СМИ, где появляются материалы о роли этой концепции в современных политических дискуссиях. Одним из них является публикация оппозиционного издания Hasht-e Subh, автор которой обратил внимание на то, что ряд известных представителей узбекской политической среды, связанных с партией «Национальное исламское движение Афганистана» (Джунбеш-е Мелли) маршала Абдул Рашида Дустума, в последнее время публично затрагивают тему «Южного Туркестана». При этом руководство партии не выступило с официальными разъяснениями, что и стало предметом обсуждения.
Примечательно, что сам автор статьи не рассматривает происходящее как реальный проект отделения северных провинций. Напротив, он подчеркивает отсутствие необходимых политических, организационных и международных предпосылок для реализации подобных сценариев.
Вместо этого «Южный Туркестан» рассматривается как реакция части непуштунских политических кругов на ситуацию, сложившуюся после прихода «Талибана» к власти. В этой логике речь идет не столько о территориальном вопросе, сколько о поиске новых форм выражения недовольства политическим устройством страны и ощущением ограниченного участия в принятии решений.
Аналогичные дискуссии периодически возникают и вокруг других историко-политических концепций («Хазараджат», «Хорасан», вопросы, связанные территориями вдоль линии Дюранда). Все они отражают различные взгляды на будущее Афганистана, но пока остаются преимущественно элементом информационной и политической полемики.
Данная тема может представить интерес прежде всего как индикатор настроений внутри отдельных афганских политических и эмигрантских кругов. Практической поддержки подобных идей со стороны государств региона не наблюдается. Напротив, официальный курс стран Центральной Азии последовательно строится вокруг принципов территориальной целостности Афганистана, развития транспортной связанности и расширения экономического сотрудничества.
Поэтому сегодня «Южный Туркестан» скорее отражает существующие общественные и политические настроения, чем формирование какого-либо реального сепаратистского проекта.
Вместе с тем часть афганских наблюдателей рассматривает распространение подобных нарративов как потенциальный вызов идее единого афганского государства. По их мнению, даже если речь не идет о реальных сепаратистских проектах, постепенное закрепление в публичном пространстве таких понятий, как «Южный Туркестан», может усиливать региональные и этнические линии размежевания.
@openworld_astana