Что ждет Россию в 2024 году — прогноз экономиста

«Пустые полки, дефицит, как после Афганистана»: что ждет нас в 2024 году — прогноз экономиста

Поговорили с экспертом о том, что ждет нас в 2024 году

Кто бы мог подумать, что яйца станут «второй гречкой»: цены на продукты птицеводства увеличились в разы, но при этом полки на торговых прилавках пустые. Фраза из русской народной сказки про курочку Рябу «яйцо не простое – золотое» заиграла новыми красками и как нельзя лучше отображает сегодняшние реалии.
Экономист Рустем Шайахметов рассказал, схожа ли нынешняя ситуация с той, что была после Афганской войны, и будут ли нас ожидать пустые полки не только там, где находились яйца, но и другие продукты и товары.
– Я думаю, что в связи с ажиотажем производители начинают повышать цены, поэтому многие сети приостановили закупки. Поэтому, видимо, первые, решив, что нет смысла выпускать продукцию, поставили процесс на стоп. Я слышал, что будет налажен импорт яиц из Турции, который позволит урегулировать ситуацию. В любом случае, нужен точный анализ, которого пока, к сожалению, нет.

– Судя по нашим наблюдениям, появляется дефицит то в одной, то в другой категории товаров. Тот же бензин, например.

– Это искусственный дефицит. С яйцами, возможно, то же самое.

– То, что ФАС решила ограничить цены, это ведь тоже может сказаться на ситуации? Производители скажут, мол, мы не будем производить дешевле… Имеет ли место такой сговор?

– Возможно, это и сговор. Но нужно учитывать и тот фактор, что куры несутся в определенный промежуток времени. Им на смену должен быть молодняк. А если его нет, допустим, в связи с тем, что снизились закупки яиц, то репродукторы не могут выпускать цыплят. Но повторюсь, по моему мнению, это главным образом связано с ажиотажем: когда цены летят вверх, производителю это на руку. Не скажу, что полки магазинов пустые: продукция есть, однако цены выше, чем были до этого.

– Означает ли это, что подобная ситуация коснется и других категорий товаров в связи с тем, что поднялась ключевая ставка?

– Думаю, с этим не связано. В обществе произошло расслоение в связи с проведением СВО, но у большинства людей размер зарплат остался таким же. С другой стороны, наконец-то мы заметили, что зависим от импорта. Ставки необходимо было повысить где-то в апреле для того, чтобы «охладить» спрос, тогда и не было бы больших проблем с экономикой. Когда курс полетел, его уже сложно остановить. Хотя это можно было предотвратить. В свое время Центробанк эту работу не сделал. Сейчас мы все это будем расхлебывать. Ведь чем больше импорта, тем больше равновесия. А без этих высоких ставок процесс не остановить. За счет этого сдерживается объем производства и само потребление.

– Можно ли сказать, что в связи с выплатами зарплат участникам СВО наши зарплаты стали меньше?

– Нет, они не стали меньше. Реальные доходы снизились в связи с высокой инфляцией. А она произошла из-за того, что своевременно не была проведена монетарная политика. У нас все больше искажается реальная действительность. Когда одни начинают громко плакать, что вот-вот разорятся, государство сразу говорит: «Давайте мы вам дадим кредит, а здесь бесплатно поможем». И в результате этого деньги забираются из бюджета – карман один. Значит, средства изымаются из социальных статей затрат на поддержку бизнеса, который, в целом, сейчас неплохо живет.

– А народ не поддерживается и нищает?

– Нельзя сказать, что совсем не поддерживают народ: при доходах ниже прожиточного минимума есть пособия. Но они не компенсируют полностью затрат на жизнь. Потому что стоимость прожиточного минимума не привязана к стоимости минимального набора продуктов. Размер прожиточного минимума – 42% медианного дохода. То есть фактически за последние десять лет у населения последний сильно снизился относительно покупательской способности. Бедность у нас становится ближе к Африке и значительно дальше от Европы. То есть на те выплаты, которые сейчас идут, человек не в состоянии жить так же, как, допустим, жил бы при такой же поддержке лет пять назад.

– Да, есть такая проблема: сейчас даже на зарплату в 50 тысяч не прожить.

– Когда говорят, что инфляция составляет 6,5-7%, немного лукавят. В нее входит большая номенклатура товаров и услуг. У людей, которые живут на прожиточный минимум, другая структура потребления, и у них расходов, получается, значительно больше.

– Почему?

– Потому что, например, подорожали яйца, хлеб… Допустим, если цена за последний увеличилась на пять рублей, то инфляция повысилась на 12%. А нам говорят о 6,5%. А если брать данные за два-три года, картина будет более точной.

– Можете дать прогноз на следующий год, как дальше будет развиваться ситуация?

– Трудно предугадать, что будет в 2024 году. Инфляция сократится. Не думаю, что будет высокий рост ВВП, он будет ниже общемирового не более чем на 1,5%. Почему у нас достаточно высокий рост произошел? Выросло производство товаров оборонного комплекса. А это не развитие, а потребление. Вооружение не дает много денег, а дает много политической власти. У нас нет задела на будущее, поэтому темпы развития отстают. Мы говорим об инновационных технологиях, но претворяем в жизнь и продаем за рубеж мало. Большинство инновационных разработок неконкурентоспособны. Есть заделы в космосе, но мы постепенно утрачиваем лидерство в этой отрасли. По авиации пытались много сделать, но не уверен, что сможем добиться лидерства, потому что, допустим, чтобы выходить на уровень «Боинга», необходимо производить в десятки раз больше.

Думаю, инфляция будет на уровне 5-6%. Многое будет зависеть от доли импорта в производстве и экспорта в сельскохозяйственном секторе. Самая главная проблема – у нас не растет производительность труда. Пока ее не решим, нормальной экономики не будет.

– Но мы же все интенсивно работаем.

– Скажу так: паровоз никогда не будет ехать со скоростью 500 километров в час, как бы кочегар не закидывал топливо. У него есть ограниченные ресурсы. Так же и у нас: надо менять систему. Вопрос не в работниках, вопрос в системе, которая не работает. Необходимо перестроить технологический уклад: обратить внимание на отрасли, которые быстро развиваются – это генетика, IT… Кольцевая структура нашей экономики неэффективна, и пока ее не поменяем, будем жить так, как живем. Для преобразований у нас есть хороший потенциал.

Источник: prufy.ru

Поделиться:
98