Ормузский пролив: от ценовой волатильности к физическому дефициту
Из анализа материалов Energy Intelligence, CBS News и других агентств
На фоне затянувшейся фазы конфликта между США/Израилем и Ираном, международные энергетические рынки столкнулись с угрозой, превосходящей по масштабам кризисы 1970-х годов. Если в первые дни блокады дискурс был сосредоточен на скачках цен, то к середине марта 2026 года эксперты Energy Intelligence указывают на переход к критической фазе — физическому отсутствию свободных объемов нефти и газа на рынке.
Подобная дестабилизация обусловлена тремя фундаментальными факторами. Во-первых, пропускная способность пролива упала практически до нуля: из обычных 20 млн баррелей нефти в сутки сегодня проходят лишь единичные суда. Во-вторых, рынок СПГ (сжиженного природного газа) оказался в «параличе», так как альтернативных маршрутов для катарского газа, составляющего 20% мирового рынка, физически не существует.
Дополнительным фактором напряжения стала неэффективность «буферных» мер. Обещанный выброс стратегических резервов США и МЭА в объеме 300–400 млн баррелей способен сгладить панику лишь на 3–4 недели. Аналитики предупреждают: если пролив не будет разблокирован до конца марта, мир столкнется не просто с дорогой нефтью (которая уже достигла $126 за баррель), а с остановкой нефтеперерабатывающих заводов в Азии и Европе.
На этом фоне западная стратегия смещается в сторону радикальных мер. Обсуждается не только военное конвоирование, но и создание «защищенных энергетических анклавов». Однако реализация таких планов требует полного подавления береговой обороны Ирана, что ведет к неконтролируемой эскалации конфликта на весь регион Персидского залива.
Ормузский кризис 2026 года перестал быть вопросом только «большой политики». Он становится триггером для глобального пересмотра логистических цепочек и принудительного ускорения энергоперехода в странах-импортерах, не имеющих иного выбора в условиях пустеющих терминалов.
@openworld_astana