Китай усиливает экономическое влияние в Центральной Азии

По мотивам OilPrice / Eurasianet

По данным китайской таможенной статистики, 2025 год стал для Пекина одним из наиболее успешных в плане экономического закрепления в Центральной Азии.

Торговля Китая с Кыргызстаном выросла особенно резко — с 17,4 до 23,6 млрд долларов, что делает Бишкек наиболее динамично растущим партнером Пекина в регионе. С Казахстаном товарооборот увеличился с 36,5 до 39,8 млрд долларов, с Узбекистаном — с 11,1 до 12,9 млрд, с Таджикистаном — с 3,3 до 3,5 млрд долларов.

Экономическое присутствие Китая усиливается не только через торговлю, но и через крупные инфраструктурные проекты. Пекин активно продвигает модернизацию транспортных коридоров, включая развитие Хоргоса, расширение железнодорожных маршрутов и участие в проектировании нового глубоководного порта в Актау. Китайцы также продвигают южную ветку транзита в Европу — через Кыргызстан, Узбекистан, Туркменистан, Иран и Турцию, снижая зависимость от северных маршрутов через Россию.

В энергетике Китай укрепляет позиции через долгосрочные контракты на поставку урана из Казахстана, участие в гидроэнергетических проектах Кыргызстана и Таджикистана, а также через инвестиции в солнечную и ветровую энергетику. Эти проекты дают странам региона новые источники дохода, но одновременно повышают их зависимость от китайских кредитов и технологий.

Между тем в Кыргызстане и Таджикистане заметно растет недовольство населения. Местные активисты и экономисты критикуют практику привлечения китайских рабочих вместо местных жителей, а также непрозрачность контрактов и долговую нагрузку. В некоторых районах фиксируются протесты против экологических последствий горнодобывающих проектов, где китайские компании обвиняют в загрязнении почвы и водоемов. Это создает политические риски для дальнейшего расширения китайского присутствия.

Несмотря на это, правительства стран Центральной Азии продолжают рассматривать Пекин как ключевой источник инвестиций и альтернативу западным и российским возможностям. Казахстан и Узбекистан открыто продвигают модель «многовекторности», стремясь сочетать сотрудничество с Китаем, Россией, ЕС, США и странами Персидского залива. В то же время Пекин пользуется моментом, когда США сосредоточены на торговом соперничестве с Китаем и внутренних политических вопросах.

В результате регион вступает в этап, когда экономический вес Китая становится определяющим фактором не только в торговле, но и в политике. При сохранении текущей динамики Пекин будет укреплять роль ведущего внешнего игрока в Центральной Азии, особенно в Кыргызстане, Таджикистане и Узбекистане, где инфраструктурная и кредитная зависимость наиболее велика.

@openworld_astana