Иранские протесты и пределы западного вмешательства

В части западной прессы и экспертных комментариях нарастает критика идеи внешнего вмешательства в иранские протесты, сопровождаемая призывами отделять поддержку гражданского общества от военных сценариев. Иранский кризис рассматривается не как повод для военного давления, а как очередной пример того, насколько разрушительными оказывались попытки США и их союзников «экспортировать свободу» на Ближний Восток.

Масштаб репрессий в Иране реален. Сотни погибших, тысячи арестованных, отключение интернета, давление на профсоюзы и женские движения. Экономический кризис и санкции стали спусковым крючком, но недовольство куда глубже. Речь идет об усталости от фундаменталистской модели управления и навязываемого религиозного контроля. При этом критика адресована не только Тегерану, но и внешним игрокам, которые пытаются встроить иранский протест в собственную геополитическую повестку.

Ключевой тезис: иллюзия освобождения через внешнюю силу. Последовательно проводится параллель между нынешними дискуссиями вокруг Ирана и предыдущими кейсами: Ирак, Афганистан, Ливия. Во всех случаях вмешательство Запада либо привело к распаду государственности, либо усугубило внутренние противоречия. Отдельно подчеркивается, что ссылки на «права женщин» или «защиту протестующих» неоднократно использовались как моральное прикрытие стратегических и ресурсных интересов.

Особое внимание уделяется роли США и Израиля. Упоминания о возможных ударах, угрозах со стороны Трампа, а также поддержка жесткой линии со стороны Резы Пехлеви трактуются как фактор дестабилизации, а не помощи иранскому обществу. Упоминается и более глубокий исторический контекст: переворот 1953 года против правительства Мохаммада Мосаддыка, организованный США и Великобританией, который во многом заложил основу нынешнего иранского кризиса.

Отдельный пласт заключается в социальной и этнической сложности Ирана. В отличие от других стран региона, Иран крупное, многосоставное государство с сильной внутренней инерцией и заметной социальной базой у режима. Это делает сценарии «быстрой смены власти» особенно рискованными, чреватыми фрагментацией, ростом насилия и межэтнических конфликтов.

Протесты в Иране – внутренний процесс с глубокими социальными причинами. Попытки встроить их в логику «США-Израиль против Ирана» лишь усиливают радикализацию и сужают пространство для эволюционных изменений. Для региона это сигнал о том, что внешнее давление редко приводит к стабильности, но почти всегда производит долгосрочные волны нестабильности по периметру.

По мотивам The Guardian