Азербайджан в центральноазиатском формате: расширение без формального пересмотра

По мотивам Jamestown Foundation

16 ноября 2025 года Азербайджан официально присоединился к Консультативным встречам глав государств Центральной Азии в статусе полноценного участника. Впервые в истории формата в него включена страна, не относящаяся к ЦА.
Сам формат был запущен в 2018 году по инициативе Шавката Мирзиеева как неформальная площадка для координации позиций стран региона. Со временем он стал отражением более широкого сдвига: осознания, что внутрирегиональная согласованность – это не только вопрос политики, но и практическое условие устойчивости, транзита и субъектности.

Почему именно Азербайджан?
Расширение формата напрямую связано с экономикой и логистикой. Рост торговли и промышленного производства в ЦА усиливает потребность в надежных и диверсифицированных выходах к внешним рынкам. В этом контексте Азербайджан воспринимается как:
— ключевое звено транскаспийской связности;
— альтернатива традиционным маршрутам через Россию и Иран;
— мост к Южному Кавказу, Турции и европейским рынкам.
Не случайно президент Кыргызстана Садыр Жапаров увязал включение Азербайджана с развитием международного транзита, логистики и энергетики, а также с такими инициативами, как железная дорога Китай–Кыргызстан–Узбекистан и Зангезурский коридор (TRIPP).
Президент Азербайджана Ильхам Алиев в этой логике сформулировал более широкий тезис: Центральная Азия и Азербайджан сегодня формируют единый геополитический и геоэкономический регион.

Расширение формата происходит на фоне заметного роста интереса Запада к ЦА:
— ЕС объявил о €12 млрд инвестиций в рамках Global Gateway, значительная часть которых ориентирована на Транскаспийский транспортный коридор;
— в ноябре 2025 года прошел инвестиционный форум по транскаспийской связности в Ташкенте;
— США обсудили транспорт и торговлю на саммите C5+1 в Вашингтоне.

При этом включение Азербайджана не означает автоматической трансформации форматов C5+1. Они по-прежнему строятся вокруг пяти государств Центральной Азии. Баку взаимодействует с ЕС и США через параллельные двусторонние и многосторонние каналы.

Для лидеров региона участие Азербайджана не символический жест, а инструмент усиления коллективной позиции. Мирзиеев назвал этот шаг историческим и связал его с формированием «единого пространства сотрудничества» между Центральной Азией и Южным Кавказом.

На этом фоне все чаще звучат идеи о постепенной институционализации самого формата, вплоть до концепции «Сообщества Центральной Азии». Даже без формальных решений консультативные встречи уже эволюционируют от диалога к координации.

В итоге присоединение Азербайджана расширяет географию центральноазиатского взаимодействия; усиливает транскаспийскую ось как альтернативный евразийский маршрут; повышает устойчивость и стратегическую автономию региона без резких институциональных разрывов.

Формально – это все еще консультативный механизм, а по сути – шаг к более связанной Евразии, где Центральная Азия начинает мыслить себя не тупиком, а узлом.

@openworld_astana